Что происходит с офисами и почему их станет меньше вдвое
Пандемия сделала то, что экономисты не могли продавить десятилетиями — она доказала, что работать из дома можно. Сейчас в крупных российских городах, по разным оценкам, от 30 до 50% офисных сотрудников хотя бы частично остались на удалёнке. Это значит, что до 40% офисных площадей могут освободиться в ближайшие 5–7 лет.
Что происходит с пустующими небоскрёбами? Их перестраивают. В Лондоне, Нью-Йорке и Токио офисные здания превращают в жилые комплексы. На месте приёмных и переговорных появляются квартиры, а на первых этажах — коворкинги и кафе. В Москве этот процесс только начинается, но он неизбежен.
Похоже, будущее за гибридным форматом: компаниям нужен не огромный офис на всех, а небольшая база для встреч и тимбилдингов. Остальное — дома, из кафе, из коворкинга за углом. Арендные ставки на офисы будут падать, а те, кто вовремя не перестроится, потеряют миллиарды.
Торговые центры: почему они умирают и чем их заменят
Интернет-торговля убивает розницу. За последние пять лет доля онлайн-покупок в России выросла с 5% до 18–20%. Офлайн-магазины закрываются десятками. Торговые центры, построенные в 2000-х и 2010-х, сегодня стоят полупустыми.
Что с ними делают?
Можно предположить, что самые удачные из них превращаются в «город в городе». Вместо магазинов там открываются медицинские центры, фитнес-клубы, детские сады, коворкинги, лектории и даже небольшие театры. Торговый центр перестаёт быть местом для шопинга и становится центром притяжения для всего района. В крупных городах этот процесс уже идёт, хотя и медленно.
А что с неудачниками? Те ТЦ, которые расположены неудобно или слишком малы для трансформации, будут сносить. На их месте появятся жилые комплексы или парки.
Промышленные зоны: от заводов к технопаркам и жилью
То, что происходит с офисами и ТЦ, — цветочки. Главная трансформация ждёт промышленные зоны. Миллионы квадратных метров заводских цехов, складов и фабрик, построенных в советское время, сегодня не нужны. Некоторые из них уже перепрофилированы под лофты, технопарки и креативные кластеры. Но это капля в море.
Как справляются с этой проблемой в развитых странах? В Лондоне бывшие доки превратили в деловой центр Canary Wharf. В Нью-Йорке старые фабрики на Манхэттене стали дорогим жильём. В Берлине заброшенный аэропорт Tempelhof стал парком.
В России примеры единичны. «Красный Октябрь» и «Винзавод» в Москве — исключения, подтверждающие правило.
Думается, главная проблема не в том, что некуда переезжать, а в том, что собственники старых заводов ждут лучших времён. А они не наступят. Чем дольше тянуть, тем дороже будет перестройка.
Какие города выиграют, а какие — проиграют
Трансформация городской среды затронет всех, но неравномерно.
Выиграют города, которые успели превратиться в сервисные и технологические центры, — Москва, Санкт-Петербург, Казань, Новосибирск. В них будут создаваться новые рабочие места, и они притянут людей.
Проиграют моногорода, чья экономика завязана на одном заводе или шахте. Если это предприятие закроется, город умрёт. Таких в России десятки, и многие из них уже медленно угасают. Программа переселения из «неперспективных» населённых пунктов, которую свёрнули в 2000-х, сегодня снова становится актуальной.
Остаются на плаву средние города, которые смогли диверсифицировать экономику. Это, как правило, региональные центры с университетами, транспортными узлами или туристическим потенциалом. Им проще: они уже имеют инфраструктуру и сервисы, которые привлекают инвесторов.
Что будет с жильём и транспортом
Трансформация города — это не только новые здания на месте старых. Это ещё и изменение транспортных привычек. Удалёнка снижает пиковые нагрузки на метро и дороги в часы пик, но увеличивает количество поездок внутри районов. Люди чаще ездят в соседние кварталы за продуктами, в кафе или к врачу, а не через весь город в офис.
Это меняет логику застройки: нужны не многоэтажки спальных районов, где нет ничего, кроме подъездов, а так называемые «15-минутные города» — жилые кварталы, где всё необходимое находится в пешей доступности.
Что касается самих квартир, то они тоже меняются. В новых домах появляются не просто большие коридоры — а полноценные рабочие кабинеты с хорошей звукоизоляцией, зоны для видеозвонков и помещения для доставки. В старых домах жильцы сами перепланируют пространство, отказываясь от гостиных в пользу кабинетов. Пандемия и удалёнка изменили наши представления о том, какой должна быть квартира.
Итог: катастрофа или новые возможности?
Кажется, мы живём в эпоху, когда города переизобретают себя. Да, это больно. Да, это потребует гигантских инвестиций и политической воли. И да, многие не успеют перестроиться и исчезнут.
Но те, кто успеет, получат невероятное преимущество. Города будущего — это не просто набор зданий, а гибкая экосистема, где офисы легко превращаются в жильё, заводы — в парки, а торговые центры — в центры притяжения. Это города, которые строятся не для прошлого, а для будущего. И они уже появляются — пока точечно, робко, но неотвратимо.
Вопрос в том, готовы ли мы сами меняться вместе с ними?
А вы замечаете, как меняется ваш город? Пустеют ли офисы и торговые центры рядом с вами? И что бы вы хотели видеть на их месте?
Пожалуйста, поблагодарите автора статьи - нажмите на любой рекламный блок на сайте.
РЕКЛАМА НА САЙТЕ DOPROSS.RU
Dopross.ru в Telegram
Dopross.ru в Дзен
Dopross.ru в YouTube
Теги: 28.04.2026
Другие материалы по теме «Интересное»
В Госдуме предложили маркировать не ИИ-контент, а «человеческий»
Зампред комитета Госдумы по информационной политике Антон Горелкин выступил с инициативой, которая меняет привычную логику борьбы с дипфейками. Он предложил маркировать в интернете не тот контент, который создан с помощью нейросетей, а наоборот — материалы, полностью сделанные человеком без использования генеративных алгоритмов.
Секрет фараонов: правда ли, что пирамиды построила неизвестная сверхцивилизация
Египтолог Антонио Амбросио из Автономного университета Барселоны выдвинул теорию, способную перевернуть всю мировую историю. По его мнению, великие пирамиды Гизы были построены не древними египтянами, а гораздо более древней высокоразвитой цивилизацией, существовавшей тысячи лет до появления первых фараонов. Ученый утверждает, что возраст этих трёх величественных сооружений может достигать 12 тысяч лет, тогда как официальная наука датирует их примерно 4,6 тысячи лет назад.
Dorian Ross и Dora Ross: голоса, не знающие границ
В проекте «Другая весна» поют не просто исполнители. Dorian Ross, Esq. и Dora Ross — это существа, чья природа соткана из звука. Они не используют слова для бытовых разговоров: их мысли и эмоции облекаются в мелодии, их диалоги — это дуэты, а общение с миром происходит через пение. Они не просто исполняют музыку — они живут внутри нее, дышат ритмом и мыслят гармониями.
Города Европы оккупировали «суперкрысы»: яды больше не работают, зоозащитники предлагают контрацептивы
Европа столкнулась с неожиданным последствием глобального потепления — стремительным ростом популяции крыс, которые к тому же выработали устойчивость к традиционным ядам. В Риме сейчас обитает около семи миллионов грызунов, в Париже — до шести миллионов, в Брюсселе — почти два миллиона . Власти в панике усиливают токсичность химикатов, но это убивает хищников и не решает проблему. А зоозащитники предлагают радикально иной подход — контрацептивы для грызунов .
Dop Ross: тот, кто поёт стихи
У него нет биографии. Есть только голос. Говорят, он появился из ниоткуда — вместе с первыми нотами рок-баллады «Я вас любил». Кто-то считает его цифровой тенью Майкла Джексона, кто-то — новым воплощением рок-поэта. Мы не спешим развеивать мифы.
